Фамилия Ширануи ДН
Название: Death Note Another Note: The Los Angeles BB Murder Cases (Тетрадь Смерти: Другая Тетрадь - Лос-Анджелесские убийства ББ)
Автор: NisiOisiN (Нисио Исин)
Перевод с японского: Andrew Cunningham (Эндрю Каннингэм)
Перевод с английского: Ka-mai
Бета: Irgana
Отказ от прав: Тетрадь Смерти (c) Цугуми Оба, Такеси Обата; Другая Тетрадь (с) Нисио Исин, иллюстрации к книге (с) Такеси Обата. Данный перевод сделан исключительно в некоммерческих целях. ;)
Спасибо: Каге, Китахара и Ridana за лингвистические консультации и помощь в бетинге; Reytar - за технические консультации!

Страница 0: Правила пользования
Иллюстрация к прологу (683х1000, 405 кб)

Во время третьего убийства Бейонд Бёздей решил провести эксперимент: узнать, может ли человек умереть от внутреннего кровотечения, если его органы остались не повреждены. Точнее, что будет, если одурманить и связать жертву, а затем долго бить по левой руке, но так, чтоб не нарушить целостность кожного покрова. Он надеялся вызвать достаточное для смертного исхода кровотечение, но, к сожалению, попытка провалилась. Кровь накапливалась под кожей багровыми пятнами, но жертва всё не умирала. Тело только сотрясалось в конвульсиях - и продолжало жить. До этого Бейонд Бёздей был убеждён, что подобных действий будет довольно, но, как видно, ошибался. Такой способ убийства не сильно его позабавил, да и, в конце концов, это был всего лишь интересный эксперимент. На самом деле, его не сильно волновало, будет данный опыт удачным или нет, - так что Бейонд Бёздей просто пожал плечами и достал нож...
Нет, нет, нет.
Не в таком стиле, не таким тоном - мне не удастся продолжать в том же духе на протяжении всего повествования. Чем больше я буду пытаться, тем быстрее заскучаю и тем медленнее стану писать. Как сказал бы Холден Колфилд (самовлюблённый циник, один из самых известных в мировой литературе), описание действий и мыслей Бейонда не входит в сферу моих интересов (даже если, в силу определённых обстоятельств, я весьма ему сочувствую). И тщательный подбор фраз о совершённых убийствах ничуть не увеличит ценность данных записей - меня бы вовсе не порадовало, превратись они в нечто вроде доклада или романа. Мне претит использовать столь банальную фразу... но полагаю, что, когда эти записи обнаружат, меня уже не будет в живых.
Вряд ли мне стоит напоминать читателю о великом поединке между лучшим детективом столетия, L, и этим нелепым убийцей, Кирой. Орудие смерти в данном случае было несколько причудливей, чем, к примеру, гильотина, но Кира не добился ничего, кроме очередного царства террора, полного наивных последователяей с инфантильным мышлением. Оглядываясь назад, я могу лишь предположить, что боги удачи улыбались Кире ради собственного развлечения - или из желания увидеть залитый кровью мир, полный предательства и ложных обвинений. Возможно, вся эта история - только урок о разнице между Всевышним и шинигами, кто знает? А лично я не желаю больше тратить время на описание тех отвратительных событий.
К чёрту Киру.
Меня интересует L.
L.
Лучший детектив столетия. Учитывая поразительные умственные способности L, его смерть была тем более преждевременной и несправедливой. Сложных дел он распутал более трёх с половиной тысяч, и ещё в три раза больше выродков засадил за решётку - и это только то, что известно общественности. Он обладал невероятной властью и мог распоряжаться силами любой оперативно-розыскной службы, и все ценили его помощь. Нужно заметить, что при этом L никогда не показывал своего лица.
Я постараюсь передать его слова как можно точнее и надеюсь, что кто-то всё-таки прочтёт мои записи. У меня был шанс пойти по стопам L... Что ж, пусть я и не смог унаследовать его титул, но хочу оставить после себя хотя бы это.
Так что речь здесь пойдёт о L. Считайте это прощальным посланием - не моим и не предназначенным широкой общественности. Скорее всего, первым его прочитает этот  самонадеянный недоносок Ниа, - но я не стану просить сжечь или съесть страницы до ознакомления. Если Ниа будет неприятно обнаружить, что я знал про L больше, чем он, меня это вполне устроит. Также есть шанс, что эти записи прочитает Кира - о, я надеюсь на это! Если они расскажут убийце, который выходил сухим из воды только благодаря своей сверхъестественной тетрадке и помощи шинигами, что в любых других обстоятельствах он не стоит и грязи под ногами L, можно будет считать, что они уже послужили цели.
Я один из немногих людей, что знали L как L. Когда и как мы встретились - очень ценное для меня воспоминание, и здесь я не стану им делиться. Но в тот раз L поведал мне три истории о раскрытых им делах, и среди них - случай Бейонда Бёздея. Если я перестану скрытничать и упомяну "Лос-Анджелесские убийства ББ", то, уверен, многие вспомнят о тех событиях. Конечно, никто не догадывался, но и L, и, что важнее, Вамми-дом, где я сам воспитывался до пятнадцати лет, были тесно связаны с этой историей. L из принципа никогда не брался за расследования, если жертв было меньше десятка или если на кону стояло меньше миллиона долларов. Но была причина, по которой он хоть и запоздало, но рьяно взялся распутывать дело, где жертв было всего три... или четыре. Позже я объясню подробнее, но именно по этой причине Лос-Анджелесское дело стало переломным моментом для самого L, для меня, и даже для Киры - для всех нас оно оказалось событием первостепенной важности.
Почему?
Потому что тогда L в первый раз назвался Рюдзаки.
Что ж, давайте выкинем нудные описания мыслей Бейонда Бёздея и процесса расправы с третьей жертвой, ибо это нисколько меня не интересует, и, раз уж мы взялись вертеть стрелки часов, опустим детали и предыдущих убийств, установив время на утро следующего дня, когда детектив, известный как L, принялся за расследование этого дела. Ах да, чуть не забыл. В случае, если эти записи читает кто-либо помимо высокомерного выскочки Ниа или двуличного маньяка Киры, то, следуя правилам этикета, мне стоит представиться, хотя бы здесь, в конце предисловия.
Я ваш рассказчик и проводник, и, пусть моя личность вряд ли заинтересует кого-то, кроме вышеупомянутых двоих, я - Михаэль Кэль, вечный серебряный призёр, удачливый пособник бессмысленной смерти. Многие знали меня как Мелло, и я сам называл себя так, но это давняя история.
Славные воспоминания, знатные кошмары.


Примечания:
1. Такой перевод имени ББ выбран с помощью опроса общественного мнения; Рюдзаки - просто самый популярный вариант в рунете (ну и Поливанов, вроде, был бы согласен); транскрипция имени и фамилии Мелло - по звучанию в аниме. У доблестного (единственного) агента ФБР японского происхождения сначала идёт фамилия, затем имя. Во всех остальных случаях - наоборот. И поверьте, вам лучше не знать, какие ассоциации вызывают оригинальные имена жертв у англоязычных читателей.

2. Холден Колфилд - герой романа "Над пропастью во ржи" Джерома Д. Сэлинджера (и некоторых других произведений), от лица которого и ведётся повествование, насыщенное рассуждениями протагониста о других людях и комментариями их действий. У меня закралось подозрение, что в данном пассаже автор имел в виду, что рассказывать в стиле Колфилда не входит в его интересы, но японский вариант так же однозначен: "как бы сказал Холден Колфилд".


Дальше: Страница 1: Послание (часть первая)
Страница 1: Послание (часть вторая)

@темы: новелла