Фамилия Ширануи ДН
Страница 0: Правила пользования
Страница 1: Послание (часть первая)

Страница 1: Послание (часть вторая)

Мисора задумалась.
Оставлять улики специально - про такое не часто услышишь. Обычно преступники так не поступают, ибо кто же захочет давать следствию подсказки, которые могут быть использованы против тебя? Хотя... теперь, когда L упомянул об этом, нельзя было не признать, что они уже дважды столкнулись с таким: убийца оставил прибитые к стенам Вара Нингё, а двери комнат были оборудованы замками с задвижками. Это явно не было ни совпадением, ни ошибкой. Особенно Мисору заинтересовало второе - обычно комнаты нарочно запирались злоумышленниками, которые хотели инсценировать суицид. Однако первую жертву задушили удавкой, вторую избили до смерти, а третья умерла от потери крови, и ни в одном из случаев орудие убийства не было найдено рядом - посчитать это суицидом не представлялось возможным. Значит, и запирать комнаты было незачем. Это не было ошибкой, но выглядело противоестественно.
То же самое касалось Вара Нингё: у Мисоры не было идей, что они могут означать.
Обычно эти куклы использовались в японском ритуале проклятия, и поэтому некоторые считали, что убийца родом из Японии или, наоборот, человек, который ненавидит выходцев из этой страны; но такие Вара Нингё продавались в любом магазине игрушек за смешную цену (около трёх долларов), так что ни одна из версий не могла считаться достаточно убедительной. Мисора закрыла дверь и непроизвольно повернула задвижку замка, запирая себя в спальне. Она проверила места, где были пригвождены куклы - по одной на каждую из четырёх стен квадратной комнаты. Полиция, конечно же, забрала их как важные улики, но определить, где именно находились Вара Нингё, было довольно легко благодаря оставшимся отверстиям.
Наоми достала из сумки шесть фотографий: на четырёх были изображены куклы, одна запечатлела Белива Брайдсмейда, лежащего на кровати с явственными следами удавки на шее, а последняя - крупный план грудной клетки жертвы, кадр с аутопсии, не с места преступления. На коже были видны крупные порезы, скорее всего, нанесённые ножом - не сильно глубокие, но хаотично разбросанные. Согласно рапорту, это было сделано уже после смерти Брайдсмейда.
- Вообще-то, такие бессмысленные повреждения тела жертвы обычно означают, что убийца держал на нее злобу. Учитывая то, что Брайдсмейд был внештатным журналистом и брался за любую работу, он наверняка нажил себе врагов: ведь он немало писал для светской хроники...
- Это не объясняет следующие убийства, Мисора-сан. К тому же, с каждым разом тяжесть нанесённых увечий увеличивалась, но не они были причиной смерти.
- Возможно, преступник ненавидел только Брайдсмейда, а остальных убил, чтоб замести следы... или его настоящей целью был кто-то из следующих жертв, или только две, а третья - для отвода глаз. И всё увеличивающаяся тяжесть повреждений - для того, чтоб запутать следы...
- Вы считаете, что преступник только притворяется, будто убивает без разбору?
- Нет, это просто версия, которую стоит рассмотреть. Она объяснила бы наличие Вара Нингё: куклы могли быть оставлены специально, чтобы создать впечатление серийных убийств, и запертые двери в комнатах тоже.
В таком случае смена локации от Голливуда к центру, а затем в западный район города может быть не более чем попыткой запутать следствие. Чем больше людей подключено к расследованию, тем больше неразберихи; а выбрать второй жертвой ребёнка преступник мог намеренно, дабы создать образ психопата.
- Притворяться ненормальным? Уже достаточно ненормально, на мой взгляд, - сказал L. Наоми было необычно слышать от него такую простую, человеческую реакцию - пожалуй, она даже удивилась, но постаралась скрыть это, снова заговорив о деле:
- L, я думаю, бессмысленно искать связь между жертвами, полиция вполне с этим справляется. Мне кажется, лучше проверить возможных общих знакомых; та же Бэкъярд Боттомслеш в процессе работы в банке наверняка сталкивалась с разными людьми.
- Однако, Мисора-сан, - прервал её L, - у нас нет времени на пустые предположения. Боюсь, что в ближайшем будущем будет совершено ещё одно убийство.
- Хм...
Вчера он уже упоминал об этом - но на каком основании? Да, пока преступник на свободе, такая вероятность существует, но с тем же успехом третье убийство могло быть последним. Опыт следователя подсказывал Мисоре, что шансы в данном случае - примерно пятьдесят на пятьдесят, ибо всё зависит от прихоти злоумышленника.
- Количество Вара Нингё, - сказал L. - Четыре там, где Вы сейчас находитесь, три на месте убийства второй жертвы и две в последнем случае - каждый раз на одну меньше.
- Да, и что?
- Это число может уменьшиться ещё раз.
Да уж, могла бы и сама догадаться. Действительно, какой смысл считать в обратном порядке, начиная с 4, и остановиться на цифре 2? Даже если верна теория Мисоры о том, что преступник выбирает жертв наугад, чтобы скрыть свою истинную цель, всё равно - чем больше он убьёт, тем более эффективным окажется его план. Конечно, убийца рискует каждый раз, но, вероятно, дело стоит свеч. На самом деле, сложно судить, насколько он считает это риском - ведь некоторым достаточно и самого процесса. Притворяться ненормальным уже ненормально.
- L, значит, Вы думаете, будут ещё убийства?
- Вероятность больше девяноста процентов, - ответил он, - я бы даже сказал, что все сто, но что-то может случиться с самим убийцей, и он не будет в состоянии продолжить. Так что, пожалуй, девяносто два процента. Однако, скорее всего будет только одно убийство, не два. Вероятность пятого - тридцать процентов.
- Тридцать процентов?
Существенная разница.
- Почему? Осталось две Вара Нингё, и если он с их помощью отмечает свои убийства...
- Но в таком случае он не сможет оставить соломенную куклу на месте пятого. Число Вара Нингё уменьшится до единицы в следующий раз, а так как куклы связывают все эти случаи...
- О, действительно, - Наоми поморщилась, недовольная собственной глупостью. Каков бы ни был мотив, убийца взял за правило оставлять Вара Нингё на месте преступления; очевидно, он не станет продолжать, когда число кукол достигнет нуля.
- Существует тридцатипроцентная вероятность, что злоумышленник не продумал всё настолько тщательно, но я очень в этом сомневаюсь. В конце концов, он даже протёр электрические патроны.
- Значит, жертв будет четверо, и следующая - последняя.
- Нет. Последняя - третья, - даже в этом искусственном голосе слышалась решимость. - Больше убийств не будет. Не теперь, когда я сам взялся за дело.
Уверенность? Или высокомерие?
Уже некоторое время ни то, ни другое не было характерно для самой Наоми. Особенно в последние недели.
Что значит "быть уверенным"? Что значит "быть гордым"? Она уже не знала.
- И мне нужна Ваша помощь, Мисора-сан. Я рассчитываю на Ваш вклад в расследование этого дела.
- Правда?
- Да. Относитесь ко всему беспристрастно. Мой опыт подсказывает, что в таких случаях лучше всего работает ум, не отягощённый переживаниями. Представьте, что вы играете в шахматы на льду.
Шахматы на льду? Это он имеет в виду кёрлинг?
- L, Вам известно, что я сейчас отстранена от должности?
- Да. Именно поэтому я попросил Вас заняться этим делом - мне нужен специалист, который может работать в одиночку.
- Думаю, вы также знаете, почему меня отстранили?
- Нет, не знаю, - ответил он к удивлению Наоми.
- Вы не проверяли?
- Мне это было неинтересно. Вы квалифицированы и в данный момент свободны, этого достаточно. Есть что-то, о чём я должен знать? Я мог бы выяснить всё в течении минуты.
- Не нужно... - скривилась Мисора.
Ей казалось, что все в курсе её промаха, но даже лучший детектив мира не имеет об этом и понятия; к тому же он заявил, что из-за отстранения она "свободна", всего-то. Наоми бы никогда не подумала, но, кажется, L обладал чувством юмора.
- Хорошо, если мы собираемся предотвратить четвёртое убийство, пора начинать работу. Что мне нужно сделать в первую очередь?
- А что Вы можете сделать?
- Всё, что в моих силах, - ответила Мисора. - Я знаю, что уже спрашивала, но, всё же, если мне нужно найти что-то, намеренно оставленное преступником, помимо Вара Нингё... что именно я должна искать?
- Какое-нибудь послание.
- Послание?
- Да. В данных это не было указано, но за девять дней до первого убийства, 22 августа, лос-анджелесская полиция получила письмо.
- Какое письмо?
К чему это? Полиция?..
- Оно связано с делом?
- На данный момент следователи не заметили никакой связи, а я не уверен полностью, но считаю, что она есть.
- Какова вероятность?
- Восемьдесят процентов, - не раздумывая, ответил L.
- Отправитель неизвестен: использовалась система переадресации, и невозможно определить, откуда было послано письмо. Внутри конверта находился листок бумаги с кроссвордом.
- Хмм. Кроссворд?
- Пусть это не вводит Вас в заблуждение, это был действительно трудный ребус, который никто не решил. Конечно, можно предположить, что они не сильно старались, но, похоже, несколько полицейских, работая сообща, так и не смогли разгадать кроссворд.
- Ясно. И что?
- В конечном счёте, они решили, что это была просто шутка, и забыли о нём. Но вчера моим информаторам удалось раздобыть копию кроссворда благодаря другому источнику.
- Вчера...
Вот почему об этом не упоминалось в присланном ей файле. В то время как Мисора готовилась начать собственное расследование, L копал с другой стороны.
- Я решил его.
Видимо, заявление об исключительной сложности ребуса было сделано, чтобы теперь похвастаться. Наоми подумала, что на L наверняка частенько злились окружающие, хотя - кто бы говорил?
- Если я не ошибся, то ответом является адрес места первого убийства, где Вы сейчас и находитесь.
- Дом 221 по Инсист-стрит, Голливуд? Но ведь это означает...
- Именно. Злоумышленник предупредил полицию о будущих преступлениях, но, так как кроссворд оказался слишком сложным, реального толку от него не было...
- Может, полиция Лос-Анджелеса получала и другие письма, с адресами второго и третьего убийств?
- Нет. На всякий случай я проверил весь штат Калифорния, но тщетно, никаких больше писем или электронных посланий. Я планирую продолжать поиск, однако...
- Это ведь может быть совпадением? Нет, исключено. Если адрес указан точно, то... Но почему за девять дней?
- Между вторым и третьим убийствами тоже прошло девять дней, 4 августа - 13 августа. Возможно, преступнику просто нравится это число.
- А между первым и вторым убийством был промежуток в четыре дня. Что это, случайность?
- Разумное замечание. В любом случае, нужно помнить об этом временном интервале. Девять дней, четыре дня, снова девять. Похоже, убийце нравится предупреждать полицию о своих действиях - даже если он просто притворяется, есть шанс, что в он оставил в этой комнате ещё одно послание, помимо Вара Нингё.
- Хмм, ясно...
Оставил что-то специально. Что-то посложнее соломенных кукол, вроде того кроссворда. Мисора, кажется, наконец начала понимать, зачем L понадобилась её помощь: детективу-отшельнику не удастся в одиночку обнаружить подобные улики. Для этого необходимо присутствовать на месте совершённого преступления, смотреть, искать, прикасаться к вещам. И в таком случае качество довлеет над количеством: нужен кто-то, способный взглянуть на убийство по-новому, под иным углом.
Наоми сомневалась: не слишком ли многое L ей доверил? Обычному агенту ФБР не под силу справиться с такой задачей.
- Что-то не так, Мисора-сан?
- Нет... ничего.
- Хорошо. Тогда закончим этот сеанс связи, другие дела тоже требуют моего внимания.
- Конечно.
В конце концов, это L, он наверняка распутывает ещё несколько сложных преступлений с разных уголков земли. Эти убийства для него - не более чем одно из множества расследований, идущих параллельно. Иначе как бы он смог сохранять репутацию лучшего сыщика мира?
Да, лучший детектив столетия - детектив, к которому не приходят клиенты.
- Надеюсь в следующий раз услышать от вас хорошие новости, Мисора-сан. Для связи используйте пятую линию, - сказав это, L повесил трубку.
Наоми спрятала телефон в сумку и принялась тщательно исследовать помещение, начав с книжных полок. Впрочем, в спальне, где находились только эти полки и кровать, осматривать было особо нечего.
"Пожалуй, не до такой степени, как убийца, но Белив Брайдсмейд и сам был помешан на порядке..."
Книги стояли плотными рядами, так что свободного места на полке не оставалось. Мисора быстро пересчитала их: пятьдесят семь. Попробовала вытащить одну наугад, но это было не так-то просто: одним указательным пальцем этого сделать не удалось, и пришлось сначала подпихнуть книгу по принципу рычага. Наоми листала страницы, прекрасно осознавая бессмысленность этого занятия. Она просто нашла, чем занять руки, пока продумывала свои дальнейшие действия. Было бы крайне любезно со стороны преступника спрятать послание в одной из книг, но надежды на это было мало. Согласно данным из присланного ей файла, все отпечатки на каждой странице были стёрты, и это свидетельствовало не только о том, что убийца был крайне внимателен к деталям, но и о том, что полиция уже проверила все книги. Можно было предположить, что там он послания не оставлял.
Или всё было устроено так, что полиция просто не заметила: например, в виде обыкновенной закладки, которая на самом деле содержала подсказку. Однако Мисора отбросила эту теорию, перебрав ещё пару книжек - в них попросту не было никаких закладок. Похоже, Белив Брайдсмейд не любил их использовать - многие привередливые читатели на дух не переносят, когда из-за закладок хотя бы чуть-чуть деформируются страницы книги. Значит, даже убийца с его изощрёнными привычками не стал бы прятать послание внутри.
Наоми отошла от полок, взглянула на кровать. Здесь объектов для исследования было ещё меньше - вот разве что стянуть постельное бельё и посмотреть под матрацом. И - даже не нужно проверять - несомненно, полиция уже проделала это. Если бы там было какое-то послание от убийцы, они бы наверняка его обнаружили.
"Под ковром... за обоями... нет, нет, зачем ему прятать то, что должно быть найдено, это тогда не будет посланием. Он отправил в полицию кроссворд - какая самоуверенность! Хочет играться в загадки... доказать, что самый умный".
Он не пытался перехитрить их. Он просто издевался.
"Вы - ниже моего уровня, вам меня не победить", - вот что на самом деле означают его послания. Значит, убийца не пытается устроить всё так, чтоб его никогда не поймали, нет, он добивается другого... Или, может, он просто смеётся над ними - но над кем именно? Полиция? Общество? США? Весь мир? Нет, не тот масштаб, это больше похоже на сведение личных счётов.
Послание... оно должно быть в этой комнате... хотя, стоп!
Не обязательно "должно быть". Возможно, его нет.
"Что-то, что должно быть здесь, но его нет... что было, чего не хватает... Вара Нингё? Не подходит, они символизируют жертв, это не может быть его сообщением. Комната... о, точно! Обитатель комнаты! Его здесь больше нет".
То, что было, но чего больше нет.
Например, хозяин дома, Белив Брайдсмейд.
Мисора снова вытащила фотографии и принялась изучать снимки трупа: один с места преступления, второй сделан во время вскрытия. Если убийца оставил сообщение на теле жертвы, то это, очевидно, должны быть порезы на груди, а не след от удавки. Как Наоми уже говорила L, обычно такие раны свидетельствовали о персональной мести, но, если присмотреться внимательней, они выглядели уж слишком неестественными. На первом фото Брайдсмейд лежал на спине, одетый в футболку, на которой были видны пятна крови. Однако сама ткань не была повреждена - значит, преступник снял её с мёртвой жертвы, порезал кожу на груди и надел футболку обратно. Если бы дело было в вымещении ненависти, он бы просто порезал тело через одежду. Убийца не хотел повредить футболку? Против пятен он совсем не возражал... Футболка точно принадлежала жертве, в ней Брайдсмейд спал...
"Если посмотреть на порезы вот так... они похожи на буквы... или что-то вроде того".
Для этого, правда, пришлось повертеть фотографию.
"V? C? I? Нет, это M... Снова V... X? D... и опять три I подряд... L? Похоже на L. Хмм, кажется, я принимаю желаемое за действительное".
Это работает, только если специально искать буквы - в отличие от кандзи или хангыля, в латинице используются простые линии, и даже хаотичные росчерки карандаша (или ножа) можно принять за что-то значимое.
"Стоило бы узнать, что по этому поводу думают детективы, которые занимаются этим расследованием, но сейчас у меня даже значка с собой нет, так что это невозможно. Хотя, конечно, L мог бы мне в этом помочь..."
Мисора начала осознавать, насколько сложнее действовать одной, без поддержки организации. Работая на ФБР, она обычно чувствовала себя не в своей тарелке, но сейчас поняла, как сильно зависела от возможностей, предоставляемых бюро.
- Думаю, стоит осмотреть и другие комнаты... хотя какой смысл? И если он вытер отпечатки во всём доме... - пробормотала Наоми, собираясь покинуть помещение. Тут ей пришло на ум, что кое-где она ещё не проверяла: под кроватью. Достаточно легко проглядеть что-то важное, плюс там действительно могло быть что-то оставлено - и это куда вероятнее, чем послание под ковром или за обоями. Конечно, полиция должна была исследовать это место, но ради перестраховки можно и самой удостовериться, не спрятано ли там что-то интересное. Так что Мисора присела рядом с кроватью...
"Что за?!"
Оттуда к ней потянулась рука.
Наоми мгновенно отскочила, подавила всплеск эмоций, вызванный столь неожиданным поворотом событий, и стала в боевую стойку. Пистолета у неё с собой не было - не потому, что Мисора была отстранена, она в принципе так и не привыкла всё время носить с собой оружие. Нет пистолета - не нажать на спусковой крючок.
- Что... в смысле, кто вы такой? - прорычала она, стараясь, чтоб это звучало угрожающе. Из-под кровати показалась вторая рука, а затем человек выполз полностью. Её слова он, похоже, проигнорировал, будто это был всего лишь шум ветра.
Как долго он здесь находился?..
Неужели он прятался под кроватью всё это время?
Слышал, как она разговаривала с L?
Все эти вопросы промелькнули в голове Мисоры.
- Отвечайте! Кто вы?!
Она потянулась рукой под мышку, делая вид, что собирается достать пистолет.
Незнакомец поднял голову, медленно встал на ноги.
Чёрные от природы волосы. Простая рубашка, линялые джинсы.
Это был молодой человек с глазами навыкате - широко открытыми, окружёнными тёмными кругами.
Худой и, похоже, довольно высокий, если бы не согнутая спина - из-за этого казалось, что он на две головы ниже Мисоры и смотрит на неё снизу вверх.
- Приятно познакомиться, - невозмутимо заявил он и поклонился. - Зовите меня Рюдзаки.


Примечания:
1. "Шахматами на льду" (или "ледовыми шахматами", не знаю, что звучит более глупо) собственно и называют кёрлинг, ибо тактика и стратегия в этой игре важны не менее физических данных игроков. Подробнее про кёрлинг здесь.

2. Упоминаемые Мисорой разновидности букв:
- кандзи - китайские иероглифы, используемые в современной японской письменности;
- хангыль - корейское фонематическое письмо.

@темы: новелла